Конец белорусского социализма

Главная \ Новости \ Конец белорусского социализма
« Назад

Конец белорусского социализма 18.01.2019 12:08

2018 год в российско-белорусских отношениях завершился острой дискуссией по поводу российского налогового манёвра, который, по мнению белорусской стороны, нанёс ей не просто ущерб (с этим никто не спорит), но ущерб, который Россия обязана компенсировать. 

Чтобы было понятно, логика белорусского требования заключалась в том, что Россия должна таким образом выстраивать, свою внутреннюю, налоговую, экономическую, финансовую и международную политику, чтобы белорусский бюджет ничего не терял. Белоруссия же аналогичных обязательств в отношении России не имеет. Москва рассматривается исключительно в качестве финансового донора.

Такой подход родился не сегодня. Нарастание противоречий между Москвой и Минском идёт не первый год и можно с уверенностью констатировать, что в 2019 году эта тенденция сохранится.

Система взаимоотношений между Минском и Москвой выстраивалась в 1990-е годы. В это время, руководимая Александром Лукашенко Белоруссия испытывала сильное давление со стороны Запада, который объявил белорусского президента «последним диктатором Европы». Без поддержки Москвы белорусской власти было бы удержаться сложно. Но и Россия не была заинтересована потерять последнего союзника на западном стратегическом направлении и позволить США замкнуть санитарный кордон, выстраивавшийся вдоль российской западной границы, для разрыва экономических (на тот момент практически только энергетических) связей России и Западной Европы.

Мы помним, что в 90-е годы Россия была откровенно слаба. Оказать Минску существенную дипломатическую или военную поддержку она была не в состоянии. Единственное, чем она могла помочь – поддержать сохранение внутренней стабильности, не дать создать в Белоруссии критическую массу недовольных, способных организовать переворот (тогда ещё не употреблялся термин «цветная революция»).

Лукашенко сделал ставку на поддержание стабильности, за счёт сохранения большинства социальных бонусов, имевшихся в СССР. Уже к середине 1990-х годов Белоруссия была, наверное, самой советской из постсоветских республик. Ставка эта, очевидно, была правильной. На тот момент любые изменения вели к ослаблению государственной власти и попаданию страны под определяющее влияние Запада. Но, социальные завоевания СССР стоили дорого и собственно белорусских возможностей не хватило бы на их поддержание.

В этих условиях, Россия, поддерживая союзника, не только неоднократно выдавала льготные кредиты, но и открыла свой рынок для продукции белорусской промышленности и сельского хозяйства, при этом энергоносители для Белоруссии поставлялись по ценам значительно ниже мирового рынка. Фактически Москва финансировала белорусскую социалку, поддерживая Лукашенко, как эффективного управленца.

Подчеркну, что со стороны России это не была благотворительность или просто «братская помощь». Это был вполне прагматичный ход, направленный на недопущение ухудшения своего геополитического положения за счёт потери стратегического союзника.

Однако с тех пор многое изменилось. Дело даже не только в том, что Россия резко усилилась, приобрела много новых союзников, а давление Запада на Белоруссию ослабело и Минск понемногу стал прибегать к внешнеполитическому лавированию. Это, конечно, привело к возникновению неприятного осадка, когда Минск отказался признать Абхазию и Южную Осетию, но не могло стать и не стало причиной постепенного отказа Кремля от финансирования белорусского «экономического чуда». В конце концов, все прекрасно знают, что при Лукшенко Белоруссия на Запад не уйдёт. Хотя бы потому, что едва она попадёт в западную сферу влияния, как Александра Григорьевича поменяют на более приемлемую для США и ЕС фигуру, а страну моментально разорят. И в Кремле знают, что Лукашенко это знает, а Лукашенко знает, что в Кремле знают, что он это знает.

Все эти годы, а Александр Григорьевич в 2019 году отмечает 25-летний юбилей своего президентства, белорусская и российская экономики двигались в разных направлениях. Как уже было сказано, в Белоруссии, во многом по объективным причинам, сохранилась полусоветская социальная система. Российские же предприятия давным-давно перешли на самые, что ни на есть капиталистические принципы работы. Перед белорусскими руководителями, когда они ведут экономические переговоры, стоит задача сохранить раздутые штаты производственных коллективов и социальную сферу предприятий. Для российских переговорщиков на первом месте рентабельность.

Это не потому, что белорусы такие добрые, а россияне такие злые. Просто за спиной у России не стоит кто-то способный покрывать экономические потери, возникающие в результате недостаточной рентабельности. Россия должна жить сама, ещё и помогать выжить Белоруссии (и не только ей).

В этих условиях, российские предприятия не желают нести потери, вызванные низкой рентабельностью белорусских партнёров из-за их обязательств в социальной сфере. Переплачивая за продукцию белорусских предприятий, российские предприятия неформально финансируют белорусскую социалку. Минску неоднократно предлагали решить вопрос путём полной реализации финансово-экономических положений договора о создании единого государства. Подчёркиваю, не политических (не вступления Белоруссии в Россию, как говорят некоторые), а экономических, то есть допуска российского бизнеса к приватизации белорусских предприятий, создания действительно единого рынка и единой финансовой системы, с единым эмиссионным центром, которые работали бы по единым правилам.

Минские власти говорят, что тогда российский бизнес поглотит белорусскую экономику. Это правда. Но большое всегда поглощает малое. Рано или поздно, белорусским предприятиям либо придётся покинуть российский рынок и разориться, ибо больше никому их продукция, в производимых масштабах, не нужна, либо начать играть по тем же правилам, что и российские коллеги. Это будет означать потерю белорусской государственной бюрократией контроля над собственной экономикой, а также приведёт к перестройке социальной модели государственности по российским лекалам. По-другому, эффективно конкурировать на мировом рынке белорусские предприятия не смогут.

Однако белорусская элита находится в том же состоянии, в котором находилась советская в последние годы перестройки. С одной стороны понятно, что реформы назрели, с другой стороны, они не умеют руководить в рамках иной экономической модели и понимают, что изменение экономической структуры повлечёт за собой и изменений структуры политической. Да, это произойдёт мягко, поскольку Россия, не заинтересованная в дестабилизации дружественного государства, поддержит, но многие руководители, особенно в среднем звене, лишатся своих постов.

Поэтому, пока можно ничего не менять, белорусская элита, как и любая другая, будет стремиться ничего не менять. Отсюда и «белорусские креветки», и скандал вокруг налогового манёвра и другие скандалы, как прошлые, так и ожидающие нас в 2019 году.

Белоруссии, для сохранения существующей системы необходима постоянная финансовая подпитка. Предпринимавшиеся несколько раз попытки перейти на западное кредитование, в том числе получить кредиты МВФ, показали, что выделение денег будет сопровождаться куда более жёсткими экономическими требованиями, чем те, что выдвигает России. Главное же первичным будет требование политических реформ, которые фактически будут заключаться в постепенной передаче власти прозападной оппозиции. Следовательно, этот вариант не прошёл, поскольку большая часть белорусской элиты понимает, что в западной системе ей уж точно не найдётся места. Однако и российская поддержка с каждым годом обставляется всё более серьёзными условиями.

Лазейки с нефтью, «белорусскими креветками» и прочие дают Минску возможность привлекать дополнительные деньги в бюджет, не беря кредиты и формально ничего не прося у России. Отсюда не всегда адекватная реакция, когда Россия эти лазейки перекрывает. Ведь, когда Лукашенко подсчитывает миллиарды, которые Белоруссия потеряла и ещё потеряет от российского налогового манёвра, надо понимать, что эти миллиарды не с неба падали, а извлекались из российского кармана, в котором теперь останутся.

При этом Россия не собирается ни уничтожать белорусскую государственность, ни дестабилизировать власть Лукашенко. Она идёт на компромиссы, договаривается, а не выдвигает ультиматумы. России нужны контролируемые изменения, которые приведут к действительной интеграции двух экономик, а не уничтожение белорусской промышленности за счёт поднятия цен на энергоносители и закрытия российского рынка.

А вот Александр Григорьевич ультиматумы выдвигает. Последний прозвучал на прошлой неделе и до сих пор обсуждается в СМИ. Как раз по поводу «компенсаций» белорусских потерь от российского налогового манёвра, Лукашенко пригрозил, что может уйти на Запад, заодно поручив разработать доставку нефти через Латвию (или в целом через прибалтийские порты).

Насчёт возможности «уйти на Запад» для Лукашенко лично, сказано выше. Он является заложником своей социальной политики. Дело в том, что России «белорусский социализм» начал мешать только в последние годы. И то не очень. Российскому бизнесу есть где развернуться и у себя на Родине и в мире. Будем откровенны, за исключением отдельных, завязанных на российский рынок отраслей (в основном нефтянки и оборонки) Белоруссия – не самое привлекательное место для инвестиций. Зато Лукашенко нанёс конкретный и весьма существенный ущерб как западному спекулятивному капиталу, планировавшему заработать на белорусской приватизации (меньше, конечно, чем на российской или украинской, но речь всё равно шла о десятках, а то и сотнях миллиардов долларов), так и политическим планам Запада, который так и не сумел сомкнуть русофобский фронт от Крыма до Прибалтики, а теперь уже поздно.

Ростислав Ищенко, cont.ws