Пресс-конференция Министра иностранных дел России Сергея Лаврова

Пресс-конференция Министра иностранных дел России Сергея Лаврова 27.01.2026 09:06

Уважаемые коллеги! Добрый день! 

Рады вас приветствовать на традиционной пресс-конференции, которую проводим по итогам каждого года, тем более такого насыщенного как 2025 год. Всем будет интересно пообщаться. То, что вобрал в себя первый двадцатидневный период 2026 года, бьёт все рекорды по впечатлительности, который оставил после себя 2025 год. 

Хотел бы поздравить с наступившим Новым годом и Рождеством и от всей души пожелать здоровья, успехов на профессиональном поприще и в личных делах. 

Недавно на большой пресс-конференции 19 декабря 2025 года Президент России Владимир Путин подробнейшим образом останавливался на вопросах международной политики наряду с внутриполитическими задачами Российской Федерации. 

15 января 2025 года в Кремле на церемонии вручения верительных грамот Президент Владимир Путин по понятным причинам уделил основное внимание международным делам. 

Уже упомянул, как бурно начался нынешний год. Мы стали свидетелями беспрецедентных событий: грубого вооружённого вторжения США в Венесуэлу с десятками убитых и раненых, захвата и вывоза законного Президента Венесуэлы Николаса Мадуро с его супругой. Параллельно с этими действиями наблюдаем угрозы в адрес Кубы и других стран Латиноамериканского и Карибского региона. 

Глубокое беспокойство вызывают откровенные, декларируемые попытки внешних сил дестабилизировать политическую ситуацию в Иране. В частности, такой «деятель» современности, как Высокий представитель ЕС по иностранным делам и политике безопасности Кая Каллас, недавно заявила, что, поддерживая протесты, международное сообщество, видимо, в лице Евросоюза добивается смены режима в этой стране. Уже не говорю о стремлении большинства стран Запада продолжать использовать киевский режим для вооружённого противостояния с Россией. Цель нанесения нам «стратегического поражения» уже так часто не звучит, но по всем признакам она сохраняется в головах и планах прежде всего европейских лидеров. 

Чего стоят рассуждения федерального Канцлера ФРГ Фридриха Мерца о том, что германская армия вновь должна стать самой сильной в Европе. Он же сказал, что нельзя позволить России «получить своё» по Украине, поскольку это будет равнозначно умиротворению Адольфа Гитлера. Как Вам это заявление? Мало кто обратил на это внимание, а стоило бы. 

Мы хорошо помним и не должны забывать о том, к чему в истории несколько раз приводила подобная самонадеянность германского руководства. Говоря о Второй мировой войне, по понятным причинам не можем о ней не вспоминать, хочу отметить, что в Японии активизировались разговоры об изменении Конституции в том, что касается не просто наращивания наступательного армейского военного потенциала, но и пересмотра неядерного статуса этой страны. Об этом говорят уже в открытую. 

Понятно, что мы наблюдаем «глубинные» сдвиги в отношении всего мироустройства. Показательно, что Запад, который последние десять лет активно противопоставлял международному праву в его изначальном принципиальном прочтении свою концепцию «миропорядка, основанном на правилах». Сейчас этот термин вышел из обихода. 

Все из числа западноевропейских стран пытаются понять, что происходит в мире в контексте той линии, которую объявил и проводит Президент США Дональд Трамп, вписывающаяся в «миропорядок, основанный на правилах». Только «правила» пишет не «коллективный Запад», а один его представитель. Для Европы это сильнейшее потрясение. Мы за этим наблюдаем. 

Ясно, что происходящее и действия, анонсируемые Президентом США Дональдом Трампом на международной арене, отражают конкурентную борьбу. Мы не раз говорили о последних тенденциях в мировом экономическом развитии. Китай на основе тех правил, которые Запад во главе с Соединённым Штатами положил в основу модели глобализации, до недавнего времени продвигавшейся повсеместно, переиграл своих западных конкурентов в торговле, экономике, инвестициях, инфраструктурных проектах. Экономический и финансовый показатели развития Китайской Народной Республики говорят сами за себя. 

Видим, как с этой ситуацией пытаются бороться санкциями, тарифами, пошлинами. США хотят договариваться, но пока это всё происходит в условиях отсутствия каких-либо общих критериев, которые до недавнего времени лежали в основе деятельности МВФ, Всемирного банка и ВТО. Все эти правила, на которых должен основываться миропорядок, устраивающий Запад, перечеркнуты. 

Идёт игра «кто сильнее, тот и прав». Мы все это наблюдаем. О том, как концептуально меняется видение и развиваются конкретные процессы в сфере мироустройства, можем поговорить в ходе интерактивного диалога. Но последствия такой линии ощущают на себе не только государства Глобального Юга и Востока, но и внутри самого западного общества накапливаются кризисные тенденции. 

Гренландия – это очевидный пример. Он у всех на устах и вокруг неё развиваются такие дискуссии, которые трудно было представить ранее, что такое может происходить, включая перспективы сохранения НАТО в качестве единого западного военно-политического блока. 

Говоря о Гренландии, исходим из того, что, если западные страны хотят между собой разговаривать «по понятиям», – это их выбор и право. Мы будем вести дела со всеми нашими партнёрами из стран Мирового большинства и из числа западных стран, которые заинтересованы разговаривать с Россией и обсуждать конкретные взаимовыгодные проекты на основе принципов равноправия. 

Можно говорить о том, что мы хотим применять повсеместно общепринятые нормы международного права, но главное здесь – равноправие, взаимное уважение и поиск баланса интересов. Это абсолютно непреходящие подходы в том, что касается ведения дел на международной линии – как это ни называй – правила, международное право. 

Принцип равноправия просто нельзя отменить. При равноправном диалоге тот, у кого больше ресурсов, будет иметь больше влияния на результат, но тем не менее необходимо добиваться итогов, которые будут обязательно представлять собой баланс интересов. 

Свои интересы Россия будет отстаивать последовательно, не претендуя на чьи-либо законные права, но и не позволяя вольно обращаться с нашими законными правами. Наш внешнеполитический курс, закреплённый в Концепции внешнеполитической деятельности, одобренной Президентом России Владимиром Путиным в марте 2023 года, предполагает решительную защиту жизненно важных интересов нашей страны и народа, создание благоприятных внешних условий для устойчивого развития внутри Российской Федерации. Важнейшее значение имеют принципиальные действия по дальнейшему укреплению национального суверенитета. 

Напомню, что существенным подспорьем в контексте укрепления национального суверенитета были поправки, внесенные в 2020 году в Конституцию России. Мы готовы на внешнем контуре работать со всеми, кто отвечает взаимностью и расположен к тому, чтобы договариваться по-честному, на равноправной основе, без шантажа и давления. Это всем хорошо известно. 

Если говорить о тезисах, которые Запад использовал в отношении Российской Федерации в 2025 году, то та пресловутая «изоляция» России – ни для кого секретом уже не является – не состоялась, как бы о ней ни говорили наши недоброжелатели. Крупнейшим событием стали мероприятия, посвящённые 80-летию Победы в Великой Отечественной войне – Парад на Красной площади, большое количество зарубежных гостей. Ценим всех, кто лично принял участие в этих торжествах либо направил специальную делегацию. 

Говоря о Второй мировой войне и о её итогах, нельзя не упомянуть аналогичные мероприятия, которые были проведены в Пекине 3 сентября 2025 года по случаю разгрома милитаристской Японии и окончания Второй мировой войны. Эти два мероприятия наглядно продемонстрировали, что подавляющее число государств не хочет забывать память, уроки и историю Второй мировой войны. Это важный вывод из прошедшего года. 

Не буду останавливаться подробно о наших отношениях с конкретными странами и регионами. Об этом можно поговорить в ходе вопросов и ответов. Но конкретные описания наших отношений со всеми ведущими странами, со всеми нашими соседями содержатся в нашем ежегодном отчёте о внешнеполитической деятельности. Это подробнейший документ. В нём есть все статистические выкладки и приведены факты. Надеюсь, что те, кто интересуется конкретными страновыми сюжетами, с ним ознакомился. 

Хотел бы выделить несколько направлений из итогов 2025 года, имеющих возрастающие значения и в 2026 году. Прежде всего, это наша линия на создание пояса добрососедства, сотрудничества в ближнем зарубежье в рамках СНГ, ЕАЭС, ОДКБ и ШОС. 

Продолжали и будем продолжать продвижение главных флагманских инициатив, которые выдвинул Президент России Владимир Путин, прежде всего формирование Большого Евразийского партнёрства и с опорой на эту материальную базу создание общеконтинентальной архитектуры равной и неделимой безопасности. 

Вместе с нашими белорусскими друзьями продвигаем инициативу о выработке Евразийской хартии многообразия и многополярности в XXI веке, которую мы объявили открытой для участия всех без исключения государств Евразийского континента. 

Уже упоминал о наших отношениях с Китаем. Они беспрецедентны по своему уровню, глубине, совпадению позиций относительно развития ситуации в Евразии и на мировой арене. 

Хотел бы особо отметить привилегированный стратегический характер нашего партнёрства с Индией, которую Президент России Владимир Путин посетил в декабре 2025 года. 

Практическим воплощением наших действий по укреплению безопасности в Евразии стал Договор о всеобъемлющем стратегическом партнёрстве с КНДР, оказавшей нам братскую союзническую помощь в освобождении Курской области от украинских боевиков. 

БРИКС. Все страны объединения являются нашими добрыми партнёрами. С каждой из них в 2025 году укрепились наши отношения и фундамент развития дальнейшего взаимодействия во всех областях. 

Сейчас мы готовим третью встречу «Россия-Африка» на высшем уровне. Важным этапом подготовки к этому саммиту стала Вторая министерская конференция министров иностранных дел России и стран Африканского союза, которая состоялась в декабре 2025 года в Каире. 

Говоря о многосторонней дипломатии, отмечаем задачу укрепления БРИКС и растущий интерес к этому объединению. Всячески содействовали бразильскому председательству в БРИКС в 2025 году. Наши бразильские друзья продолжили реализацию многих проектов, которые мы запустили на саммите БРИКС в Казани осенью 2024 года. 

По нашей инициативе, которую поддержали страны Группы друзей в защиту Устава ООН, Генеральная ассамблея приняла два важных, принципиальных решения – об объявлении Международного дня борьбы против колониализма во всех его формах (он будет отмечаться 14 декабря) и о провозглашении Международного дня по противодействию односторонним санкциям (этот день будет отмечаться ежегодно 4 декабря). 

По нашей инициативе осенью 2025 года в Ханое была подписана Конвенция ООН по противодействию киберпреступности. Это первый документ в сфере обеспечения международной информационной безопасности. Надеемся, что такие же конкретные результаты будут достигнуты в ходе разворачивающихся сейчас дискуссий о том, как регулировать искусственный интеллект. 

Сегодня буду говорить по различным аспектам украинского кризиса. Как неоднократно подчёркивал Президент России Владимир Путин, мы привержены поиску дипломатического решения украинского кризиса. Если посмотреть на его историю, начиная с 2014 года и особенно в период с 2022 года, – со стороны Российской Федерации не было недостатка в доброй воле в том, что касается заключения политических договорённостей. Но каждый раз наши западные, прежде всего европейские, соседи делали всё, чтобы эти договоренности сорвать. Также они себя ведут и по отношению к тем инициативам, которые выдвигает администрация США Дональда Трампа, всячески стремясь убедить её не договариваться с Россией. 

Если вы почитаете заявления европейских политиков, лидеров – Кая Каллас, Урсула фон дер Ляйен, Фридрих Мерц, Кир Стармер, Эммануэль Макрон, Марк Рютте, – они всерьёз готовятся к войне против Российской Федерации и этого не скрывают. Наша позиция по Украине заключается в необходимости устранить первопричины этого кризиса, которые Запад долгие годы сознательно создавал для того, чтобы превратить эту страну в угрозу безопасности нашей страны, в качестве плацдарма против России прямо на наших границах. 

Что касается поощрения откровенно нацистского режима, пришедшего к власти в результате госпереворота в 2014 году, который взял курс на истребление законодательно, да и физически всего русского – образования, языка, культуры, средств массовой информации, включая каноническую Украинскую православную церковь. 

Заинтересованы в том, чтобы содействовать разрядке напряжённости на всех обострившихся направлениях, которые перечислил, – будь то Венесуэла, особенно отмечу иранскую ситуацию, которую необходимо урегулировать на основе уважения и права Тегерана на мирное использование ядерной энергии. Убеждены, что для долгосрочного урегулирования на Ближнем Востоке необходимо наконец выполнить решение ООН о создании палестинского государства. 

Хочу подчеркнуть, что этот критерий в полной мере сохраняет свою актуальность и в свете нынешней нашумевшей инициативы Президента США Дональда Трампа о создании «Совета мира». 

Готов выслушать ваши вопросы. 

Вопрос: Хотела бы задать вопрос, связанный с тем, что Вы сказали в начале. События последних недель в мире показывают, что само понятие международного права уничтожается. Возникает вопрос: действенно ли это международное право, возможно ли ему следовать, работает ли принцип «каждый сам за себя»? Как в нынешних условиях реализуется инициатива Президента России Владимира Путина о евразийской безопасности? 

Сергей Лавров: Что касается мироустройства, международного права и всего, что с этим связано, относительно всех тезисов, которые продвигаются и воплощаются в действия в некоторых странах, противоречащих нашему пониманию международного права. 

Уже сказал, что долгие годы Устав ООН оставался общепризнанным критерием действий на любых направлениях различных государств, когда он нарушался. Все были готовы обсуждать эти нарушения или обвинения в них в рамках Совета Безопасности ООН. Там были «горячие» дебаты, но никто не оспаривал, что это центральное место, где обсуждаются все вопросы международного мира и безопасности. 

После распада Советского Союза был период, когда классическое применение международного права как основы для многосторонних контактов было заменено тем, что принято называть однополярным мироустройством. Тогда Соединённые Штаты во главе «западного блока», включая Североатлантический альянс, решили, что наступил «конец истории», как Фрэнсис Фукуяма провозгласил в своей известной работе, и что отныне и впредь никто никогда не будет мешать доминированию Запада со всеми его теориями – либеральными, неолиберальными, консервативными – на международной арене. 

С приходом в России к власти Владимира Путина по итогам президентских выборов в 2000 году ситуация стала меняться. Стали вызревать предпосылки для того, чтобы пересмотреть этот однозначный прозападный подход к мироустройству. 

В 2000-х годах при Президенте Владимире Путине Россия начала осознавать своё место на международной арене, стала восстанавливать свою идентичность при полном уважении своей тысячелетней истории, традиций, принципов, друзей. По мере этого Запад поначалу думал, что это просто рассуждение, что это, дескать, «поговорят и успокоятся», и даже не отреагировал на мюнхенскую речь Президента России Владимира Путина в 2007 году, о чём сейчас жалеют многие серьёзные политики. Они жалеют о том, что не прислушались, не услышали и приняли это как очередную риторику. На самом деле это не так. 

Россия, как гласит наша современная внешнеполитическая Концепция, – государство-цивилизация. Мы не будем отказываться от своих корней. Мы не имеем на это права. Мы чтим память предков и заветы, которые они нам оставили. 

Вы упомянули евразийскую безопасность. Интересно, что в Евразии, крупнейшем континенте мира, в отличие от Африки и Латинской Америки, нет общеконтинентальной организации. Есть множество субрегиональных структур, включая ОБСЕ, АСЕАН, структуры на постсоветском пространстве – ОДКБ, СЕН, ЕАЭС, ШОС, ССАГПЗ, СААРК. Но общеконтинентальной структуры нет. 

Хотя Евразия – это не только самый крупный континент, это ещё и континент, где расположен ряд великих цивилизаций, включая ту, которую сегодня представляет Россия. Конечно, есть ещё китайская, иранская, арабская, индийская цивилизации. Это одна из причин, по которым трудно все эти тенденции объединить под одной общей «крышей». 

Убеждены, что необязательно гнаться за какими-то примерами и создавать формальную и бюрократическую структуру. Вполне достаточно в качестве первого шага наладить общеконтинентальный диалог с тем, чтобы страны, которые живут на одном огромном пространстве Земли, могли извлекать геополитические, геоэкономические выгоды из своего расположения. 

Это предполагает равноправный диалог между всеми странами. Именно на это нацелена российско-белорусская инициатива – не только странами, расположенными на его континенте, но и субрегиональными организациями, которые здесь сформировались и между которыми мы уже продвигаем налаживание взаимодействия как в политических контактах, так и с точки зрения гармонизации проектов, прежде всего в экономической, торговой, инфраструктурной, платёжной области. 

Контакты, закреплённые соответствующими документами между ЕАЭС, ШОС, АСЕАН, нацелены именно на создание того, что Президент России Владимир Путин обозначил как Большое Евразийское партнёрство – фундамент будущей евразийской архитектуры безопасности. 

Возвращаясь к общим мировым тенденциям, отмечу, что после того, как Российская Федерация стала последовательно, неагрессивно, путём разъяснительной работы отстаивать свои права и добиваться признания своего законного места в международных структурах, процесс стал обретать уже осязаемые очертания. 

Первым, кто обратил на это внимание, был наш великий предшественник Евгений Примаков, который в 1998 году сказал, что постепенно, но уверенно формируется многополярный миропорядок. Это было одновременно с его инициативой начать процесс сотрудничества в треугольнике «Россия–Индия–Китай» (РИК), который до сих пор существует (хоть давно и не собирался), но его никто не отменял – мы работаем над возобновлением его деятельности. Он стал предтечей БРИКС. РИК превратился в БРИКС после присоединения Бразилии и ЮАР. 

Сейчас это структура, которая всем прекрасно известна. Она удвоила свой членский состав и у неё множество партнёров по диалогу. Когда многополярность главной тенденцией стала «пробивать» себе дорогу, многие политологи, журналисты говорили о том, что из этого ничего хорошего не получится, потому что это будет равнозначно установлению хаоса в международных делах. Дескать, когда мир был биполярным – Советский Союз и Соединённые Штаты – все было понятно. Просто где-то были периферийные конфликты, но «сердцевину» биполярного мироустройства они не затрагивали. Когда мир был однополярным, после распада Советского Союза тоже всем всё было понятно – надо «слушаться» и особо не «активничать». Потом, какое-то время обыгрывался даже новый вариант двуполярности (биполярности) – «Чимерика» (Китай – Соединённые Штаты). 

Сейчас это действительно две самых крупных экономики, но как пойдёт процесс дальнейшего укрепления позиций каждой из них в мировых делах, пока ещё трудно определить. Мы за то, чтобы этот процесс был упорядоченным и основан на переговорах и достижении баланса интересов. 

Справедливо ли то, что предрекали многополярному миру, когда говорили, что он обернется хаосом? Если посмотреть на нынешнюю картину, то можно найти много сторонников этой оценки, но процесс никогда не застывает в одной точке. 

Моё ощущение, что эти достаточно разрозненные действия, прежде всего Соединённых Штатов, и проблемы, возникшие между США и Европой, которые существуют между Вашингтоном и большим количеством стран мира в связи с тарифами, пошлинами, санкциями и прочими действиями, отражающих обострившуюся, прежде всего нечистоплотными методами, конкуренцию на мировых рынках, имеют место и займут продолжительный период времени. Многополярность как объективная тенденция никуда не исчезнет. Её нельзя поставить под однополярный, биполярный «шатёр»: уже слишком много центров экономического роста. 

Я упоминал Китай, Индию и Бразилию. Африка уже начинает ощущать «второе пробуждение» – осознание того, что с политической независимостью экономическая не пришла, и что её продолжают эксплуатировать неоколониальными методами. И бывшие метрополии, предоставив политически независимость своим бывшим колониям, по-прежнему живут за счёт них. Это осознание сейчас укореняется на Африканском континенте. Мы это чувствуем повседневно из наших многочисленных контактов с африканскими странами. 

Центры роста отражают объективный исторический процесс – развитие экономики, инфраструктуры, использование природных ресурсов и многое другое. Когда-то всё равно придётся договариваться о том, как этим новым крупным, либо национальным, либо региональным игрокам в составе интеграционных структур взаимодействовать между собой. 

Сейчас, когда мы наблюдаем турбулентные явления в контексте укрепляющейся многополярности, на повестке дня – диалог о том, как её упорядочить. Это займёт немалый промежуток времени. Некоторые говорят (я понимаю, о чём идёт речь), что историческую целую эпоху. Но этот процесс неизбежен. 

То, что он осознается основными игроками, подтверждается в том числе и инициативой Президента США Дональда Трампа о создании «Совета мира». Недавно получили конкретные предложения и проект Устава этой структуры. Эта инициатива отражает понимание Соединёнными Штатами того, что даже они со своей внешнеполитической философией исходят из необходимости собирать группу стран, которые будут сотрудничать в том или ином направлении. 

Мне могут возразить, что «Совет мира» задуман и анонсирован таким образом, что все должны подчиняться Соединённым Штатам. Это такая ситуация, которую сейчас Вашингтон хотел бы видеть. Но уверяю, что администрация США Дональда Трампа при всех действиях, которые сейчас широко обсуждают в мире, – это администрация прагматиков. Она осознаёт необходимость не просто объединять под своим началом большое количество стран, но и в полной мере учитывать их законный интерес. 

Ещё раз подчеркну, что такая позиция, готовность и понимание необходимости учитывать интересы партнёра в полной мере проявляется в подходах Администрации США Дональда Трампа к украинскому урегулированию. Это единственная западная страна, которая готова обратиться к задаче устранения первопричин этого конфликта, во многом созданного предшественником Дональда Трампа – тогдашним президентом США Джо Байденом и его администрацией. 

Этот процесс в самом начале. Он будет непростым и потребует мобилизации всех ресурсов – центров роста и центров влияния, о которых я говорил. Но при наличии доброй воли, а мы наблюдаем признаки, что такая добрая воля укоренится, всё может быть достижимо. 

Вопрос: В каком формате с учётом этого МИД России планирует выстраивать дальнейшие контакты с США, в том числе по нормализации двусторонних связей? 

Сергей Лавров: Мы не только планируем, мы уже взаимодействуем. Администрация Президента США Дональда Трампа, в отличие от администрации Джо Байдена, сразу проявила заинтересованность в том, чтобы преодолеть совершенно ненормальную ситуацию, когда даже посольства каждой из наших стран в Вашингтоне и Москве соответственно не могли нормально функционировать. 

С самого начала 2025 года мы установили контакты и сформировали диалоговый механизм по вопросам функционирования посольств. Мы обозначили необходимость – и она была поддержана в администрации Президента США Дональда Трампа – не ограничиваться только вопросами о том, сколько дипломатам было выдано виз, как работает охрана у дипломатических учреждений, как дипломаты передвигаются по стране пребывания и подобными сугубо консульскими вещами. Мы предложили договориться, прежде всего, о ключевой проблеме, касающейся дипломатических отношений, – проблеме российской дипломатической недвижимости, которую администрация Барака Обамы «в судорогах» за две недели до выселения из Белого дома арестовала и которую продолжали удерживать все последующие администрации президентов США, включая, к сожалению, и администрацию Дональда Трампа. 

Хотя, напомню, я об этом говорил, когда тогдашний Президент США Барак Обама в конце декабря 2016 года вдруг объявил о том, что он арестовывает объекты нашей дипломатической недвижимости, Послу России в Вашингтоне Сергею Кисляку звонил господин Майкл Флинн, который был в «команде» Дональда Трампа, планировал войти в его администрацию, просил не реагировать на этот абсолютно контрпродуктивный, я бы сказал, незаконный жест Барака Обамы и говорил, что через три недели, в январе 2017 года, будет инаугурация Дональда Трампа, мол, тогда всё исправим. Просил, чтобы мы не отвечали, не реагировали резко. Мы прислушались к этому совету и отложили нашу реакцию. 

Потом, к сожалению, не получилось у административной команды Дональда Трампа в 2017 году каким-то образом исправить эту абсолютную несправедливость и грубейшее нарушение всех дипломатических конвенций. Тогда мы уже объяснили нашим коллегам в Вашингтоне, что вынуждены отвечать. С тех пор эта ситуация сохраняется. Будем добиваться того, чтобы и по этому вопросу начать разговор. Пока американские коллеги, вопреки тому, о чём было достигнуто понимание, не хотят на эту тему разговаривать. 

Для того, чтобы нормально функционировали не только дипломатические миссии, но и чтобы были какие-то контакты, в пользу расширения которых Вашингтон высказывается при Президенте Дональде Трампе, надо возобновить прямое авиасообщение. Эти вопросы мы тоже включаем в повестку дня наших переговоров. 

Из других направлений нашего диалога с Соединёнными Штатами – это Украина. Как я уже сказал, мы оценили, что при Президенте Дональде Трампе США стали единственной страной, которая не только выразила понимание учёта интересов российской страны, но и предложила развязки, учитывававшие первопричины нынешнего кризиса. Мы такой подход поддерживаем. Считаем его абсолютно оправданным. 

На Аляске в Анкоридже 15 августа 2025 года, Президент России Владимир Путин об этом говорил не раз публично, мы приняли предложения, которые внёс Вашингтон накануне этой встречи. Надеемся до сих пор, что эти понимания в полной мере сохраняют свою силу. Хотя видим, как истерично Европа и Владимир Зеленский со своей командой пытаются сбить США с этой позиции и пытаются опять навязать свои концепции, включая, прежде всего, шестидесятидневное, а то и «вечное» перемирие. 

Понятно, что украинская сторона находится в плохой ситуации на линии фронта, да и не на линии фронта – в политике. В политической жизни в Киеве коррупционные скандалы затмили многие другие процессы. Но позволить такую «роскошь», как в очередной раз перевооружить киевский режим, дать ему возможность перевести дух и опять наброситься на Российскую Федерацию, мы себе не можем. 

В Давосе на днях анонсированы какие-то встречи, где опять будут сбивать Президента США Дональда Трампа на подходы, которые за последние годы уже полностью себя дискредитировали и провалились. Центральным моментом во всем этом является то, что сейчас, когда Европа говорит об урегулировании украинского кризиса, они говорят, что надо как можно скорее остановить войну и при этом согласовать гарантии безопасности для Украины, имея ввиду того, что останется от Украины. 

Что это означает? Я уже говорил, что в Европе пошли разговоры, что, поскольку американцы ненадёжны, и Гренландия это подтвердила, надо срочно создавать систему безопасности в Европе без США, но с Украиной. То есть гарантии безопасности, о которых с благородным гонором говорят наши европейские коллеги, пропагандируя свой вклад в обеспечение интересов мира, предусмотрены для нынешнего киевского нацистского режима. Не надо об этом забывать. 

Никто не говорит о том, как должна быть устроена жизнь на территории, которая останется под украинским контролем. Ни слова о восстановлении прав русскоязычных и русских, о снятии запрета на использование русского языка во всех сферах жизни, о снятии запрета на деятельность Украинской канонической православной церкви – вообще ничего нет. Эти задачи содержались в первом предложении Президента США Дональда Трампа, известном как «план из 28 пунктов». Там была обозначена необходимость решить проблемы русского языка и украинской православной церкви. 

В последующих материалах, которые мы видели и которые в конце 2025 года были презентованы как «план из 20 пунктов» – а свежих документов по итогам переговоров, которые состоялись у США, Украины и Европы за последние пару недель, мы не получали – уже ничего не говорилось о том, что нужно восстановить права русского языка и канонической православной церкви. Там говорится, что стороны обязуются проявлять толерантность в отношениях друг с другом и что Украина будет следовать нормам Евросоюза в отношении проблем национальных меньшинств. Может быть, там даже нет слов национальных, не знаю. Если речь про Евросоюз, то там всё возможно. 

То есть не какие-то международные стандарты, включая, прежде всего, Устав ООН, требующий обеспечивать права человека независимо от пола, расы, языка и религии, а нормы Евросоюза. Нет сомнений, что нормы Евросоюза для Украины «причешут» так, как нужно Украине во главе с Владимиром Зеленским. Поэтому предложения об урегулировании, опирающиеся на задачу сохранить нацистский режим на той части Украины, которая будет так называться, конечно, абсолютно неприемлемы. 

Вопрос: Как ЕС относится к развитию ЕАЭС? 

В ЕАЭС есть объединение, единое государство – это Россия и Беларусь. Есть ли какие-нибудь планы на будущее развить более тёплые, плотные взаимоотношения между странами Центральной Азии? Ведь Центральная Азия — это был хороший костяк в советское время. 

Сергей Лавров: Сердце мира. 

Что касается отношения Евросоюза к евразийской экономической интеграции, если я правильно понял первую часть вопроса, мне это отношение напрямую неизвестно. ЕС никогда не комментировал эти процессы. Он только пытался их подорвать под лозунгом своего права развивать отношения с любыми партнёрами. 

Начали они еще давно, до того, как был создан ЕЭАС, когда, наплевав по большому счёту на наличие Организации Черноморского экономического сотрудничества, приняли свою стратегию взаимодействия на Чёрном море. Тогда у нас ещё были контакты с ними. Мы спросили, не очень ли им неудобно, что существует организация, которая географически представляет собой собрание причерноморских стран, а они, не имея полного охвата Чёрного моря, выдвигают свою концепцию. Нет, их это не смущало. 

Точно так же они выдвигали свою концепцию Арктического региона. То есть у них поползновение на то, что в любую часть мира, где им хочется либо что-то получить, либо кому-то навредить, прежде всего Российской Федерации, они имеют право влезать. 

То же самое происходит и с их отношениями с Центральной Азией. Между прочим, Центральная Азия в принципе привлекает большое количество партнёров. Формат «центральноазиатская пятёрка плюс», существует для дюжины стран и структур типа того же ЕС. 

Но помимо «Центральной Азии плюс ЕС», существуют форматы «Центральная Азия плюс Франция», «…плюс Германия» и так далее. Есть центральноазиатские форматы с участием Японии, Южной Кореи, США, КНР, Турции. 

Мы до какого-то времени исходили из того, что раз мы с нашими центральноазиатскими друзьями сотрудничаем в рамках СНГ, ОДКБ, ШОС, с рядом из них – в рамках ЕАЭС, то, наверное, такую формальную «пятёрку плюс один» структуру создавать необязательно. Но несколько лет назад решили, что это необходимо. Осенью прошлого года состоялся уже второй саммит «Россия плюс Центральная Азия». 

Одобрен совместный план действий, развёрнутый документ, охватывающий все сферы нашего сотрудничества. Поэтому я бы не сказал, что мы уделяем мало внимания Центральной Азии. Совсем нет. Если у Вас сложилось такое впечатление, был бы признателен, если бы Вы нам рассказали, может, бумагу бы прислали какую-нибудь, объясняя, на основе чего у Вас сложилось такое ощущение. 

Евросоюз с ЕАЭС не взаимодействует, но пытается вредить Союзу по полной программе, в том числе декларируя всем, что участие в ЕС должно быть приоритетом для всех, кто хочет нормально развиваться, думает о своём народе. Сейчас, как вы знаете, также «обхаживают» Армению. Есть целый ряд других примеров. 

Наша инициатива вместе с белорусскими друзьями о евразийской безопасности и о Большом Евразийском партнёрстве предполагает участие всех стран континента, так что двери открыты и для членов ЕС. 

Упомяну, что в ежегодных Минских конференциях по евразийской безопасности, их уже было три, регулярно участвуют Министр иностранных дел Венгрии Петер Сийярто, представители Словакии. Не сомневаюсь, что в этом году на такой же очередной евразийской конференции в Минске представительство европейских стран увеличится. 

Вопрос: Власти беспокойных прибалтийских соседей говорят Беларуси и России, что всё время чего-то боятся или делают вид, что чего-то боятся. Они принимают нелепые провокационные решения. Достаточно вспомнить закрытие границы с Беларусью, в результате чего сотни литовских фур не могли попасть к себе домой. Вот очередные планы. Литовский министр обороны заявил о намерении создать укрепрайон в районе Сувалкского коридора. Как Вы считаете, что кроется за этими планами и насколько они угрожают безопасности Союзного государства? 

Сергей Лавров: Устал следить и тем более комментировать подобные высказывания прибалтийских политиков. Нет никаких оснований «раздувать» эту проблему. Заявлениями подобного рода достигается противоположный результат. Просто у России и Беларуси возникают естественные ощущения о том, что они затевают какую-то провокацию для того, чтобы спровоцировать нас на конкретные действия и затем взывать к единству ЕС и НАТО. Из этой же серии угрозы в отношении Калининградской области. 

Мы не будем ввязываться в обмен риторическими угрозами. Но все должны знать, что это будет самоубийство для тех, кто затеет подобные провокации. Но если они по Сувалкскому коридору проявляют беспокойство, то я видел много видео- и фотоматериалов – скоро в Гренландии освободятся большие военные ресурсы. 

Вопрос (перевод с французского): Президент США Дональд Трамп сказал своим европейским друзьям сконцентрироваться на Украине. Готова ли Россия дать европейцам играть свою роль на Украине, особенно после мирного соглашения? 

Серегй Лавров: Дело не в том, что кто-то кому-то даёт или не даёт играть роль. Всё дело в том, а сам-то ты хочешь и, если хочешь, то – второй вопрос – можешь ли ты играть роль, которая приведёт к устойчивому миру? Не вижу их среди тех европейских деятелей, кто проявляет активность по украинскому вопросу. Это, прежде всего, Берлин, Париж, Брюссель, Хельсинки, прибалтийские страны, Лондон, который всё больше выступает от имени ЕС. Может они подали заявление с просьбой принять их обратно? Но образовалась такая «четвёрка» – Кир Стармер, Эммануэль Макрон, Фридрих Мерц и Урсула фон дер Ляйен (и прочие брюссельские руководители). Не вижу их заинтересованности в том, чтобы конфликт закончился. 

Вновь напоминаю о том, что я сказал некоторое время назад в этом зале. Они добиваются одобрения «плана» Владимира Зеленского (как они его называют) из неких 20 пунктов, суть которого сводится к одному – немедленное перемирие и сопровождение этого перемирия объявлением юридических гарантий безопасности Украины. Вопрос возникает о том, чего будут касаться эти гарантии безопасности. То, как выглядит это сейчас, и как это есть на самом деле – это гарантии сохранения нынешнего нацистского режима на той части территории Украины, которая будет сохранена за ним. При этом все эти разговоры о том, что это «лучший план», что его «нужно принимать», «главное убедить Дональда Трампа, а потом пускай Дональд Трамп заставляет Владимира Путина, мы «навалимся все на него», преследуют именно ту цель, о которой я сказал – сохранить этот режим. Причём сам киевский режим – Владимир Зеленский об этом на днях опять публично заявил – никогда юридически не признает то, что Крым, Новороссия и Донбасс являются российскими. Категорически нет. А перемирие по нынешней линии соприкосновения, а там «нам заграница поможет» – построит базы. Кир Стармер с Эммануэлем Макроном заявили, что они будут размещать свои многонациональные силы на Украине, построят там сеть военных хабов (читай, военных баз) и будут продолжать осваивать эту территорию, накачивать её ещё большим вооружением, чтобы создавать угрозы Российской Федерации. 

Идея Дональда Трампа, которая обсуждалась и была поддержана нами в Анкоридже, категорически перечёркивается этой европейской группой «элит». Они не хотят никаких окончательных итогов. Владимир Зеленский об этом и говорит, что, дескать, сейчас остановимся, нам дадут гарантии безопасности, с Дональдом Трампом подпишем план по восстановлению Украины на 800 млрд долларов, но ничего признавать не будем, оставим это «на потом». Это же просто откровенное признание в своих намерениях. Они будут продолжать использовать военную силу для создания угроз Российской Федерации. 

Что касается нашего желания или нежелания сотрудничать с Европой. Новая министр иностранных дел Британии Иветт Купер заявила, что в Лондоне видят высокую степень приверженности Украины мирному урегулированию на основе плана США, умалчивая о том, что он был «перевернут с ног на голову» по сравнению с Аляской и сейчас представляет из себя то, о чём я сказал – план сохранения нацистского режима и отказа признавать реалии на земле. Она же сказала, что «доказательств стремления Москвы к миру не существует». Английские дамы безапелляционно декларируют свои позиции. Но это идёт в русле Вашего вопроса: есть ли место для Европы? 

Вынужден делать экскурс в историю, потому что, сколько бы раз я об этом не говорил, всё равно задают вопросы. В феврале 2014 года после госпереворота мы сказали европейцам, что они же за два дня до госпереворота гарантировали соглашение между тогдашним президентом Виктором Януковичем и оппозицией, о том, что будут досрочные выборы, что не будет никаких силовых действий, заставьте оппозицию выполнить эти договорённости и освободить все занятые ей административные здания. Нам и в Париже, и в Берлине, и в Варшаве, стыдливо отводя глаза, сказали, что иногда демократия обретает необычные формы. Вот и всё. 

Перед тем как было заключено это соглашение об урегулировании между тогдашним президентом Виктором Януковичем и оппозицией в феврале 2014 года, тогдашний президент США Барак Обама звонил Владимиру Путину и просил его не мешать подписывать это соглашение. Владимир Путин сказал, что если Президент Украины Виктор Янукович готов его подписать, то как он может препятствовать законному президенту суверенного государства принимать какие-то решения? Потом мы позвонили американцам. Мы сказали, что они же нас просили, чтобы мы поддержали, а теперь не можете ли вы остановить своих «подопечных», которых вы финансировали и которые в итоге затеяли госпереворот? Они вообще ушли от ответа. 

Пришедшая к власти группа путчистов первым делом заявила, что они отменят статус русского языка на Украине. Это было первое официальное объявление. Второе официальное объявление было о том, что они направили отряды боевиков штурмовать Крым и захватывать здание Верховного Совета. Когда после этого крымчане восстали против этой власти и сказали, что не хотят с ними иметь дел, провели референдум, а потом Донбасс сделал то же самое, киевский режим направил боевую авиацию, использовал против собственного народа артиллерию в нарушении всех норм международного гуманитарного права. Вспомните, как самолётами бомбили центр Луганска и административные здания Луганска. Что тогда говорила Европа? Генсек НАТО Андерс Расмуссен призывал новые власти в Киеве применять силу пропорционально. А когда до госпереворота Президент Украины Виктор Янукович отказывался применять силу против тех, кто оккупировал центральную площадь – «майдан» – НАТО ежедневно требовало от украинских властей не применять силу против мирных граждан. Им было нельзя. Когда к власти пришли те, кого проплатили (как сказала Вактория Нуланд, заплатили 5 млрд долларов, чтобы создать эту группу путчистов), их призывали применять силу пропорционально. Европа первый раз «профукала» свой шанс в феврале 2014 года, когда не смогла заставить оппозицию выполнить условия договора, ею же гарантированного. 

Второй раз шанс у Европы появился в феврале 2015 года, когда были подписаны Минские договорённости с участием Франции, Германии, Украины и России. Франция и Германия всегда заявляли, что это договорённости между Москвой и Киевом, а они, Берлин и Париж, являются их гарантами. «Пошли» в Совет Безопасности ООН, одобрили эти договорённости, а потом выяснилось (это пару лет назад признали бывшие президент Франции Франсуа Олланд и канцлер ФРГ Ангела Меркель), что никто не собирался выполнять эти договорённости, нужно было «купить» время, чтобы довооружить Украину. Это ровно то, что сейчас открыто декларируется в качестве императива для Украины – перемирие на два месяца, а то и больше, а потом «посмотрим». Главное сохранить режим. 

Третий шанс у Европы был, когда до начала специальной военной операции, у неё был шанс поддержать инициативу Президента России Владимира Путина о заключении Соглашения о мерах обеспечения безопасности Российской Федерации и государств-членов Организации Североатлантического договора. Брезгливо от нас отвернулись, отказались даже обсуждать, сказали, что не наше дело, что происходит в альясне, кто в НАТО собирается вступать и как они их будут туда принимать. 

После этого было объявлено о начале специальной военной операции в ответ на просьбы признанных нами тогда в качестве независимых ЛНР и ДНР. Европа «просмотрела» свои возможности и в декабре 2021 года, а потом в апреле 2022 года, когда по предложению Украины были согласованы параметры урегулирования на переговорах в Стамбуле. Европа никоим образом не противодействовала тогдашнему премьер-министру Британии Борису Джонсону, который запретил Владимиру Зеленскому подписывать эти договорённости. 

Не могу понять, куда сейчас «стремится» Европа. Опять в какую-нибудь ситуацию, где можно будет всех обманывать, всем лгать и на практике продвигать свою антироссийскую повестку дня. Зачем вам это? Вы и так «стараетесь». 

Полная версия — на сайте mid.ru